Да.
Процедура банкротства гражданина в России построена на принципе оценки добросовестности должника. Это прямо следует из статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и правовых позиций Верховного Суда РФ.
Списание долгов — не автоматический результат процедуры банкротства, а правовая льгота для лица, которое оказалось в трудной финансовой ситуации, честно раскрыло своё финансовое положение и не злоупотребляло правами как до процедуры банкротства, так и во время её проведения.
Именно поэтому суды оценивают не только документы, представленные должником, но и иные доказательства, позволяющие установить его фактическое имущественное положение и поведение.
Да.
Статья 71 ГПК РФ и статья 75 АПК РФ предусматривают возможность представления в суд документов, полученных через сеть Интернет, в качестве доказательств по делу.
Кроме того, Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума № 10 разъяснил, что допустимыми доказательствами могут являться распечатки материалов, размещённых в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, то есть скриншоты, при условии указания адреса интернет-страницы и точного времени получения информации.
Сам по себе факт публикации фотографий из ресторанов, путешествий или изображений дорогостоящих вещей не является самостоятельным основанием для отказа в списании долгов.
Однако ситуация меняется, если публикации противоречат позиции должника в деле о банкротстве.
Например, если гражданин заявляет о полной финансовой несостоятельности, но одновременно публикует сведения о дорогостоящих покупках, автомобилях, регулярных зарубежных поездках либо демонстрирует образ жизни, явно не соответствующий его финансовому положению, суд может усомниться в достоверности представленных объяснений и доказательств.
Отдельный риск возникает, если имущество формально переоформлено на родственников, но фактически продолжает использоваться должником, что также подтверждается публикациями в социальных сетях.
Показательным является Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.03.2026 № 305-ЭС16-19145(3) по делу № А40-230236/2015.
В этом деле Верховный Суд указал, что должник регулярно выезжал за пределы Российской Федерации, не раскрывая перед финансовым управляющим источники финансирования таких поездок.
«Должник регулярно выезжал за пределы РФ, не раскрывая перед арбитражным управляющим источники финансирования этих поездок. Очевидно, что гражданин, находящийся в состоянии неплатёжеспособности, не может позволить себе такие траты».Данный пример показывает, что суд оценивает не отдельные фотографии, а совокупность доказательств и их соответствие позиции должника в деле.
Публикации в социальных сетях сами по себе не являются автоматическим основанием для отказа в освобождении гражданина от долгов.
Однако если они противоречат позиции должника по делу о банкротстве и свидетельствуют о возможной недобросовестности, суд вправе учитывать их наряду с другими доказательствами при решении вопроса об освобождении гражданина от обязательств.
Именно вывод о недобросовестном поведении, а не наличие фотографий как таковых, может стать основанием для отказа в списании долгов.
Нет. Сами по себе фотографии не являются основанием для отказа. Однако они могут использоваться судом в качестве одного из доказательств при оценке добросовестности должника.
Да. Материалы из сети Интернет могут представляться в суд в качестве доказательств в порядке, предусмотренном статьёй 71 ГПК РФ и статьёй 75 АПК РФ.
Суд оценивает поведение должника как до возбуждения процедуры банкротства, так и во время её проведения, включая полноту раскрытия сведений о доходах, имуществе, сделках и иные обстоятельства, имеющие значение для оценки его добросовестности.
Закон этого не запрещает. Однако публикации не должны противоречить сведениям, представленным суду и финансовому управляющему, поскольку могут быть использованы при оценке добросовестности должника.
Романовская Ксения 03.07.2026
Для настройки форм, перейдите в режим правки и кликните на "Изменить область"